Зомби, революционеры, дворяне. Киллеры, клерки, воры. Отцы, сёстры, сироты. Путешествия по горам и во времени. Женщины, которые исчезают. Фильмы, которые не забываются.
Все прошлые выпуски, найти которые легко по хэштэгу #итогигода, я, как попугай, начинал с одного и того же; не изменяю правилу и сейчас. Посмотреть всё сколько-нибудь значимое не в человеческих силах (особенно сегодня, когда уйма фильмов в российский прокат либо не может попасть, либо попадает в обезображенном цензурой виде);
любой топ – игра, субъективность и случайность – её правила.
О трёх фильмах года, которые легко могли бы быть в этом списке, я только мечтаю: посмотреть «Записную книжку режиссёра» Александра Сокурова; «Мектуб, мою любовь. Песнь вторую» (Mektoub, My Love: Canto Due) Абдельлатифа Кешиша и «Комнатную температуру» (Room Temperature) Денниса Купера и Зака Фарли возможности, увы, не представилось.
В подборке нет нескольких очевидных названий – мимо победители ключевых фестивалей.
«Два сезона, два незнакомца» (Tabi to hibi) японца Шо Мияке, получивший «Золотого Леопарда» Локарно, я не видел, а про «Сны» (Drømmer) норвежца Дана Йохана Хаугеруда («Золотой Медведь» Берлинале), «Простую случайность» (Un simple accident) иранца Джафара Панахи («Золотая Пальмовая ветвь» Канна) и «Отец, мать, сестра, брат» (Father Mother Sister Brother) американца Джима Джармуша («Золотой Лев» Венеции) мне нечего сказать; ну кино, ну нормальное; не удивляет. Изобретательность, неочевидность, оригинальность – и обязательно возможность эмоционального, сердцем, подключения – были и остаются для меня главными составляющими лучших фильмов.
Нет даже не радикальной, а в конец отбитой сатиры Раду Жуде «Дракула» (Dracula) – вот уж точно незабываемый, удивляющий фильм, но не обязательно ему длиться 170 минут; простите. И более сдержанный, но и более толковый «Континенталь '25» (Kontinental '25) из двух выпущенных в 2025-м фильмов Жуде меня задел сильнее (хотя в топ тоже не попал – просто потому, что в структуре материала его оказалось некуда воткнуть). Это не совсем (или даже совсем не) рейтинг;
небольшой игорный дом, составленный из троек;
располагать их можно в любой последовательности; в этом тексте сложилась такая.
ТРИ ЛУЧШИХ БОЛЬШИХ ФИЛЬМА ГОДА
«БИТВА ЗА БИТВОЙ» (One Battle After Another) Пола Томаса АНДЕРСОНА; США
«28 ЛЕТ СПУСТЯ» (28 Years Later) Дэнни БОЙЛА; Великобритания – США – Канада
«ГРЯЗНАЯ ИГРА» (Play Dirty) Шейна БЛЭКА; США – Австралия
Для протокола: я совсем не поклонник Пола Томаса Андерсона; по мне, он помпезный, тяжёлый и неглубокий режиссёр. Но есть исключения – когда ПТА экранизирует прозу Томаса Пинчона.
Тут ПТА – бог;
гениально адаптирует для экрана, казалось бы, unfilmable материал и превращает текст в циничную комедию: нуар («Врождённый порок») или антифашистский боевик. «Битва за битвой» – это рок-н-ролл, джаз, опера и грайндкор. В битве жанров побеждает мелодрама. Особая благодарность за упоминание «Битвы за Алжир»: в этой цитате и ирония, и восхищение. Реально шедевр.
Дэнни Бойл – наоборот, самый дорогой
мне (даже дороже Квентина) из режиссёров, дебютировавших в 1990-е (то, что в 1980-е он снимал для телека, конечно, знаю, но это не считается). Новый фильм – завершение зомби-трилогии и начало нового цикла; формально хоррор, но хоррор в исполнении Бойла – поистине король жанров, вмещает многое. Это хоррор как экшн, как социальное исследование, как эпитафия утопиям, как фантастика, как приключения, как мелодрама (возраст, что ли, располагает к ней героев 1990-х?). Как обещание продолжения.
У Шейна Блэка фильмы наперечёт;
снимает редко, «Грязная игра» – всего лишь пятый в безупречной фильмографии (после похабного – в самом лучшем смысле слова – «Хищника» 2018 года). По мне, тоже безупречный – экшн про грабителей, остающийся развязным даже в наши унылые пуританские времена; с иллюзиями обмана, драйвом, абсурдом; очень смешной, но с неподдельно трагичными нотами: кровь всегда на правду выведет.
ТРИ ЛУЧШИХ ЛЮБИМЫХ ФИЛЬМА ГОДА
«НАШ ГОД» Николая КОВАЛЕНКО; Россия
«ЗВЕРЮШКИ» Павла КОРОЛЬКО; Россия
«ИЛЬЯ И ЗАХАР: МАСЛЕНИЦА НА ПРЕДЕЛЕ» Димы ТЕПЛОВА; Россия
В этой тройке – короткие метры моих товарищей; называю в хронологической последовательности съёмочных периодов. Все – про чудесные зимние праздники (Новый год, Новый год, Масленица); в каждом мне досталось по микророли, но и без этих подарков все три сделали бы мой год. Помимо таланта и визуальной магии (очень, кстати, непохожей) все три объединяет одна важная вещь (которой нет в большинстве всех прочих российских, да и не только российских фильмов). Сюжеты – локальные и камерные.
Три чувака
торопятся (один – из эмиграции, второй – из армейки, третий – с репетиции в театре и свидания с партнёршей-актрисой) к морю встретить, как пообещали друг другу год назад, полночь с 31-го на 1-е («Наш год»).
Две сестры,
старшая и малышка, которая после то ли смерти, то ли просто ухода матери перестала говорить, проникают в заброшку, в свою старую квартиру, обречённую на снос в рамках собянинской реновации («Зверюшки»).
Два раздолбая
угарно отмечают конец зимы, для одного веселье – просто веселье, для другого – попытка подлатать сердце, разбитое любовью к холодной Алие («Илья и Захар»). Сюжеты простые, понятные (хотя не то, чтобы банальные; житейская, человеческая, психологическая и любая другая достоверность – тоже среди абсолютных ценностей каждой работы), а фильмы – эпические; в каждом – космос и бесконечность измерений.
Я вот как-то задумался – если бы высшие силы предложили мне сделать выбор? Нет никаких фатальных переломов 2020-го и 2022-го годов, твоя жизнь, Вадим, течёт как текла всё предыдущее десятилетие, с ежемесячными путешествиями по заграницам, с поездками на любые фестивали, с походами на бесцензурное кино в Москве и прочими плюсами мира и свободы, но в этой жизни нет Коваленко, нет Королько, нет Теплова. Я бы не колебался ни секунды и выбрал ту жизнь, которая есть.
ТРИ ЛУЧШИХ ГОРНЫХ ФИЛЬМА ГОДА
«СУХОЙ ЛИСТ» (Dry Leaf; Khmeli potoli) Александра КОБЕРИДЗЕ; Германия – Грузия
«ИНОГДА МЫ ПУТЕШЕСТВЕННИКИ» Даниила ПРАСОЛОВА; Россия – Грузия
«СИРАТ» (Sirât) Оливера ЛАША; Испания – Франция
Просмотр Коберидзе долго откладывал – из страха, что промучаюсь три часа. Вышло наоборот – время пролетело как волшебный сон. «Сухой лист» – самый небанальный фильм об исчезновении. История поиск, результатом которого – только нега потерянности; растворение в пространстве-тумане.
Умиротворение. И мистика футбольных полей.
Начало обманчиво обещает насыщенное действие: Лиза – дама-невидимка, оставила бывшему и всей семье прощальное письмо и пропала; варианта искать с полицией – нет, взрослая, 28-летняя женщина, имеет право пропадать, как хочет. Но отец Иракли всё же отправляется на поиски. И это очень странные поиски: в компании друга дочери Левана – буквально невидимки. Вокруг и около разбросанных по горным деревням футбольных полей, которые Лиза, сотрудничавшая со спортивным журналом, собиралась снять для фотопроекта. С бесконечным вопросом к встречным (многие из которых тоже не фиксируются камерой): «Вы такую не видели?» Три с лишним часа по горам и полям сняты на мобильный – не в самом высоком разрешении. Только пиксель – не брак, но атом в основе мироздания; элементарная частицей чистой кинематографической поэзии.
Когда смотрел Коберидзе, думал,
есть ли среди гор, куда ступает Иракли, Хвамли.
Та гора, подъём на которую снят одним кадром в фильме «Иногда мы путешественники». Подробно про удивительный кинодебют электронного музыканта и саунд-артиста Даниила Прасолова (aka Prasdov) я рассказывал накануне показа «Путешественников» в «Зотове». Там же прошла и премьера аудиокассеты с саундтреком. QR-код на вкладыше даёт возможность смотреть фильм параллельно с прослушиванием кассеты – эксперимент Прасолова выходит за кинопределы.
В трагическом рейве «Сират»
горы другие – опасные,
пропитанные смертью. Хотя это не их вина: все несчастья от зла, творимого людьми. Простецкий посыл изощрённо снятого фильма разочаровывает. Да и ладно; форма впечатляет как мало что.
ТРИ ЛУЧШИХ ХОРРОРА ГОДА
«ОРУДИЯ» (Weapons) Зака КРЕГГЕРА; США
«ПРУД» (Dammen) Грегуара ГРАССЛЕНА; Франция
«АЛЬФА» (Alpha) Жюлии ДЮКОРНО; Франция – Бельгия
Все великие хорроры – больше, чем призванный устрашить и испугать жанр.
Лучшей экспликацией к «Орудиям», хитро скроенной сказке о пропавших детях, могла бы стать цитата из «Тайны нашего времени» Павла Пепперштейна:
«...древний страх перед духом, крадущим детей и уводящим их в страну счастья и сказок (...) самый тяжелый и токсичный из всех страхов, которые только могут испытать взрослые (...). В таком страхе смешались явная любовь к детям и неявная к ним зависть: тайная зависть, отравляющая собой граненый кубок родительской любви. Взрослые желают, чтобы дети взвалили на себя и понесли в пучины будущего их бремя, их рок, их проклятие (...) Страх и ненависть к Питеру Пэну, к флейтисту из Гаммельна, к богу Пану, играющему на свирели в античных лесах, ненависть к торжествующей и равнодушной биосфере, к Неверленду (...) – эти страх и ненависть живут не только в Лас-Вегасе, они живут везде: в Лос-Анджелесе, в Аламосе и так далее, вплоть до Лосиного Острова (...) – везде, где живут богатые и профессионально подкованные взрослые».
«Альфа» на поверхности – про мутации и галлюцинации, внутри – про невозможность близости и утраты;
интимность, спрятанная за спецэффектами.
15-минутный «Пруд», участвовавший в короткометражном конкурсе Каннского фестиваля – среди стопроцентных сюрпризов. Две подружки на романтическом пикнике; одна исчезает; никаких объяснений, один статичный однокадровый план;
мог бы получиться анекдот, но получилась энигма.
Зловещий ребус без разгадки. Тайна нашего – и любого другого – времени как она есть.
«Чёрный телефон 2», прости, ты почти так же хорош, как великий первый фильм, но остаёшься за кадром этого топа.
ТРИ ЛУЧШИХ НЕИГРОВЫХ ФИЛЬМА ГОДА
«СТРАШНОЕ КИНО» (Una pelicula de miedo; A Scary Movie) Серхио ОКСМАНА; Испания – Португалия
«ТЁМНАЯ НОЧЬ – "РАЗВЕ Я НЕ РЕБЁНОК?"» (Nuit Obscure – "Ain't I a Child?") Сильвана ЖОРЖА; Швейцария – Франция – Португалия
«С ХАСАНОМ В ГАЗЕ» (With Hasan in Gaza) Камаля АЛЬДЖАФАРИ; Палестина – Германия – Франция – Катар
В третьей части цикла «Тёмная ночь» (см. итоги-2023) Сильван Жорж следует за героями, которым-таки удалось добраться из Марокко до Франции;
красота неприкаянности всё так же остра,
печальна и физически ощутима.
Оксман, умеющий идеально
превращать в кино собственную жизнь,
путешествует с сыном по Португалии – по следам неосуществлённого проекта о легендарном серийном убийце. И, конечно, по волнам памяти и травм.
Камаль Альджафари предпринимает радикальнейший эксперимент – выдаёт за фильм своё любительское видео, сделанное в Палестине 2001 года;
под огнём; незадолго до ареста по обвинению в экстремизме.
Грязный, неотшлифованный found footage – вещдок существования обычных людей в тени грандиозной и бесчеловечной Истории.
ТРИ ЛУЧШИХ КИНОРОМАНА ГОДА
«ПУТЕШЕСТВИЕ НА СОЛНЦЕ И ОБРАТНО» Романа МИХАЙЛОВА; Россия
«НАД ВЕЧНЫМ ПОКОЕМ» Светланы ПРОСКУРИНОЙ; Россия
«ПРИВЫЧКА НЮХАТЬ ПАЛЬЦЫ» Вячеслава ИВАНОВА; Россия
Фильм Михайлова (для меня – именно фильм, не сериал, пусть и разбит на семь частей) – роман буквально:
в основе мистической и исторической саги книга
«Дождись лета и посмотри что будет».
«Над вечным покоем» – всё, что мы можем
узнать/понять/почувствовать про Россию;
высказывание жёсткое, с тоской и без жалости; но романного толка – насколько мучительное, настолько и болезненно красивое.
Включение в «романную» тройку лаконичного и гиперкамерного фильма «Привычка нюхать пальцы» (можете посмотреть в любой момент на CoolPlay, в проекте «Молодое кино») может показаться моим произволом. И всё же для меня это
тоже роман – современный, хаотичный.
Кстати, начало будущей многотомной киносерии: неполный час, что длится «Привычка», был смонтирован Славой Ивановым из 14 часов материала, который ещё ждёт долгая жизнь.
ТРИ ЛУЧШИХ ФИЛЬМА ГОДА О СЕМЬЕ
«ПОЧЕМУ ЗДЕСЬ ТАК ЗЕЛЕНО?» (Kako je ovde tako zeleno?) Николы ЛЕЖАИЧА; Сербия – Хорватия
«ВОЗВРАЩЕНИЕ К СЕМЬЕ» (Back to the Family; Apsilankymas namuose) Шарунаса БАРТАСА; Литва – Франция – Польша – Латвия
«СЕМЕЙНОЕ СЧАСТЬЕ» Стаси ТОЛСТОЙ; Россия
Серб Никола Лежаич гениально дебютировал в 2010-м фильмом «Красный холм» – отвязным анархическим клипом о подростках-скейтерах. Премьера была в Локарно, спустя полгода «Холм» победил в Москве на фестивале Алексея Медведева «2-in-1»;
невозможно развидеть кадр,
где награду один из героев-отморозков, Марко Тодорович, получает из рук божественной Киры Муратовой.
Казалось, у Лежаича будущее новой европейской звезды режиссуры. Но нет; свой второй фильм он снял спустя 15 лет, которые, судя по «Почему здесь так зелено?», провёл в рекламе и на телеке. «Почему...» – опыт беззастенчивой автобиографии; Никола Лежаич,
сбитый лётчик авторского кино, едет с родными и близкими по Балканам,
чтобы доставить гроб с прахом покойной бабушки на её родину. Прикол в том, что кино с документальной основой – полностью игровое; и самого Николу изображает актёр, Филип Джурич (сделав такой выбор, Лежаич не то что не приукрасил себя – наоборот, добавил грузности и возрастных изменений; молодец, без комплексов).
Два других взгляда на семью – хмурый и игривый – принадлежат классику Бартасу и юной Толстой.
Первый полный метр «Тайное влечение» Стася выпустила ещё под девичьей фамилией Венкова – тоже семейное дело.
ТРИ ЛУЧШИХ НОСТАЛЬГИЧЕСКИХ ФИЛЬМА ГОДА
«БЕЗОПАСНЫЙ ДОМ» (La cache) Лионеля БАЙЕРА; Швейцария – Люксембург – Франция
«НОВАЯ ВОЛНА» (Nouvelle Vague) Ричарда ЛИНКЛЕЙТЕРА; Франция – США
«НЕПОДВИЖНЫЕ ЗВЁЗДЫ» Ивана КУРБАКОВА; Россия
Для Линклейтера «Новая волна» (подробно здесь) – второй ретро-фильм за год; сначала была «Голубая луна» – биография поэта-песенника Лоренца Харта, решённая в театрализованной стилистике старого Голливуда.
Про Годара и его банду Линклейтер снимал соответственно –
под «новую волну»; мне это ближе, хотя «Голубая луна» тоже блистательна.
«Безопасный дом» – нежнейшее посвящение маю 1968-го. Байер, родившийся в семье строгого швейцарского военного в 1975-м,
про весёлую французскую революцию знает, как и мы, понаслышке,
но вспоминает (и мечтает!) о ней со вкусом очевидца.
«Неподвижные звёзды» – фильм про настоящее; летняя фантазия о юности;
однако ностальгия – по ускользающим красоте и времени – очевидна.
ТРИ ЛУЧШИХ КОРОТКИХ МЕТРА ГОДА
«ВАРВАРА СВЯТАЯ» Полины КАПАНТИНОЙ; Россия
«ЦЕНЗУРОКРАТИЯ» Никиты МИКЛУШОВА; Россия
«НЕЗНАЧИТЕЛЬНАЯ ХРОНИКА» (Crónica menor) Франсиско УЗИЕЛЯ; Мексика
«Коротыши» встречались и в предыдущих тройках; эта славит их как самостоятельный жанр; в чём-то – самый свободный, хотя точно не самый лёгкий.
Жанр, в котором возможно всё.
И зимняя сказка о чуде («Варвара Святая»). И превращение рефлексии гиперактуальной и травматичной темы цензуры в изысканный метафизический эксперимент («Цензурократия»). И напоминающий об опытах Артура Аристакисяна притчевый гиперреализм ковидного пограничья («Незначительная хроника»).
ТРИ ЛУЧШИХ ОТКРЫТИЯ ГОДА
«ТРИПТИХ ПОТЕРПЕВШИХ КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ» (The Shipwrecked Triptych; Das Schiffbruch-Triptychon) Дениза ЭРОГЛУ; Германия
«В ГОРАХ. ОНА» Саида ТОЛГУРОВА; Россия
«ЗАКРЫТИЕ» Полины КАПАНТИНОЙ («1125»), Вадима РУТКОВСКОГО («Анекдот»), Никиты КАРЦЕВА («In Russia with Love»), Никиты МИКЛУШОВА («Король»), Павла КОРОЛЬКО («Вписка»), Никиты ЛОХМАТОВА («Море»), Полины РАДКОВЕЦ («Бухта Барахта»), Димы ТЕПЛОВА («Зверушки», «Единственное, что я хочу сказать»), Николая КОВАЛЕНКО («Пивозавр»); Россия
Здесь – самые новые имена. Во всяком случае, для меня: Дениз Эроглу, как выяснилось, художник и видеоартист со стажем, но его статус кинорежиссёра впервые зафиксировал Роттердамский фестиваль, где была показана страннейшая,
смешивающая соцарт, хоррор и сюр трилогия коротких историй.
«В горах. Она» – медитативный,
размывающий грань дока и игрового кино дебют
Саида Толгурова, в котором вместе с замечательной Фатимат Мускаевой играет – или не играет – сам режиссёр.
Ну а «Закрытие» – смотрите хоть сейчас в «Молодом кино на CoolPlay» – открывает как минимум одно новое режиссёрское имя: моё. Круто, что дебютировал я на старости лет в такой компании. И теперь я точно знаю;
снимать кино в миллиарды раз интереснее, чем писать о нём.
