Никакой «Иронии судьбы...». Ну или «Завтрака у Тиффани». Мы выбрали плейлист из более редких названий. Хотя все должны быть доступны; все не слишком старые; и все – без лишнего эстетического и прочего радикализма. При этом все первоклассные.
«ИНТУИЦИЯ» / Serendipity
Питер Челсом, США, 2001
Сделать романтическую комедию – миллионы берутся, у единиц получается.
Так, чтобы не пересладить, не опошлиться, не захлебнуться в сентиментальной слизи. И чтобы сравнение со старым Голливудом не вгоняло в краску. Спасибо британцу Питеру Челсому, чья «Интуиция» демонстрирует жизнестокойсть засаленного жанра. Живой, красивый фильм – сантаклаусовский мешок, полный обыкновенных чудес, реалистичная сказка без натяжек, свободно, на одном дыхании рисующая мир, в котором, как говорится у Киры Муратовой, «все закрючковано».
Джонатан и Сара познакомились перед самым Рождеством 1990-го года, столкнувшись у прилавка нью-йоркского универмага, где они не могли поделить последнюю пару кашемировых перчаток. Потом они долго гуляли, болтали, катались на катке и, кажется, уже были готовы забыть своих тогдашних возлюбленных, не успев узнать даже имён друг друга. В последний момент они решили искусить судьбу – Джон написал своё имя вместе с номером телефона на пятидолларовой банкноте, тут же конвертированной в пакет мятных леденцов. Сара черкнула координаты на развороте маркесовской «Любви во время холеры», проданной следующим утром букинисту. Потом они вошли в разные лифты гостиницы «Уолдорф Астория» – и здесь
проказница-судьба вмешалась,
разлучив рождественских любовников на несколько лет. Вот он готовится к свадьбе в Нью-Йорке, она к аналогичному действу в Сан-Франциско. Но помните, даже то, что в гостинице «Уолдорф Астория» именно 23 этажа – не просто так.
Кстати, если пойдёте по этому списку, обратите внимание на ранний (поздние не то, чтобы обязательные) фильм Питера Челсома – «Остряки», «Шутки в сторону» (в оригинале – Funny Bones); про шутников-самоучек из города Блэкпул, графство Ланкашир. Не каждая их попытка заканчивается удачей («Я спрашиваю у собаки: «Это ты разбила зеркало?». Она отвечает: «Да». «А чем ты так расстроена?» – «Теперь 49 лет счастья не жди!»). Ну да как верно замечает один из героев,
«шутка как полоска бикини на женском теле – бывает такой тонкой, что её можно не заметить».
«СЧАСТЛИВЫЕ СЛУЧАИ» / Happy Accidents
Брэд Андерсон, США, 2000
Снятые тайным гением авторского жанрового кино Брэдом Андерсоном между негламурной мелодрамой «Следующая остановка – Страна Чудес» и пугающим триллером «Сессия номер девять» «Счастливые случаи» забирают с первых кадров – фрагмента подсмотренной из окна жизни под меланхолично-минималистичный саундтрек. Далее будет ссора влюбленных – Сэма и Руби и ее разговор с психоаналитиком, ведущий в прошлое – к началу их романа, «захватывающего как американские горки».
Парочка что надо: она старомодная чудачка, а он – гость из будущего.
Хотя, кто есть Сэм на самом деле – странный тип из Айовы, откуда-то знающий добрый десяток языков, неопасный псих или, в самом деле, пришелец из две тысячи какого-то года (увидел фото Сэм, влюбился с первjго взгляда и через агента перенесся в наши дни) – неясно. На вопрос любимой «Объясни, как ты путешествуешь во времени», он вполне резонно отвечает: «А ты объясни, как действует двигатель внутреннего сгорания». Дуэт Маризы Томей и Винсента Д’Онофрио очень хорош. Как и фильм в целом – смахивающий на сказку со счастливым концом в той же мере, что и на реальную жизнь. Которой счастливые случаи тоже не заказаны.
«ЯЙЦА ВКРУТУЮ» / Ovosodo
Паоло Вирци, Италия, 1997
Идеальный привет от итальянской комедии.
Пьеро – отличный парень и мастер писать сочинения. Он охотно делится своим литературным даром со всеми желающими, благодаря чему нам доступен его внятный рассказ на тему «Детство. Юность. Мои университеты». В нем – истории всех добрых людей, повстречавшихся Пьеро на жизненном пути: папы-уголовника, брата-дебила, покойницы-мамы, первой учительницы итальянского и литературы, пристроившей героя из неблагополучной семьи в престижный лицей, главной фигуры отрочества – увешанного дредами неформала Томазо, заигравшегося в революцию сынка капиталиста, соблазнительной гордячки Лизы, армейских сотоварищей, коллег по заводскому труду и, наконец, невесты Сюзи. Уф, кажется, не забыл никого из персонажей этого бойкого, симпатичного фильма.
Таким говорливым, экспрессивным, житейски достоверным кино славилась Италия давно минувших лет.
Вот прекрасное напоминание о тех временах. Пьеро размышляет о том, что на его родине слишком большое значение придают «симпатичности», не обращая внимания на внутренние достоинства. С этими «Яйцами» все в порядке, с какой стороны не взгляни.
«ТРЕТИЙ ЛИШНИЙ» / Tangled
Джей Лоуи, Канада, 2001
Отдохнём от романтики на подзабытом, но классном триллере.
Мальчик с девочкой дружил, мальчик дружбой дорожил, и всё было складно, пока на горизонте не появился бывший сосед мальчика по студенческому кампусу, буян, гуляка и сердцеед, вмиг влюбивший девочку в себя, превратив старого дружка в третьего лишнего. Тот не стерпел, а что из этого вышло, увидите сами. Понятно, что ничего хорошего. Также понятно, что перед нами – один из лучших молодежных триллеров начала нулевых (это всё равно, что 1990-х, а лучше триллеров, чем в 1990-е, не было),
почти в каждом кадре которого случается небольшой гормональный взрыв.
Ингредиентами взрывчатой смеси выступают как раз герои 90-х – левша, вегетарианка и звезда антигероиновой рекламной кампании Рэчел Ли Кук, непрофессиональный теннисист и гитарист Шон Хэтэси, а также дикий британский ребенок, sexy boy Джонатан Рис-Майерс, разрушительный герой которого влюблен в «красоту бесшабашности» не на словах, а на деле. Кассеты со старческим «Роковым влечением» могут отправляться в мусор, когда есть бойцовский фильм про забавы молодых.
«СПАСИТЕ ГРЕЙС!» / Saving Grace
Найджел Коул, Великобритания, 2000
Любители забить на досуге косого наверняка знают эту комедию. Но и тем, кто строго следует рекомендациям Минздрава и чтит Уголовный кодекс, посмотреть стоит.
«Эй, бабка, скажи чё почем, а ну-ка дай позырить, ща мы пятку забьем. – За полтину пакет, пять ядерных ракет, приторчи внучек – такого нигде нет». Это цитата из ростовской «Касты». «Вроде бы, не орхидеи – больше похоже на чай», – это уже милый трёп деревенских леди из фильма «Спасите Грейс!». Его героиня – простая английская домохозяйка – после смерти мужа проваливается в глубокую финансовую дыру. Такой пролог – как тот камень на пути богатыря: налево пойдешь – в непролазную чернуху забредешь, направо пойдешь – вырулишь в задушевную комедию. Дебютант Найджел Коул выбрал правильный путь. Кроме прагматической пользы (как справиться с безденежьем и унынием) «Грэйс» достойна внимания по двум причинам: великолепная характерная актриса Бренда Блетин, звезда пролетарских драм Майка Ли, плюс
чудом сохранившееся, пожалуй, только в британском кино умение ценить простых людей.
«СКОРЫЙ МОСКВА – РОССИЯ»
Игорь Волошин, Россия, 2014
В пандан к народному «Буратино», новому фильму непредсказуемого и брутального Игоря Волошина, самое время вспомнить его звёздную патриотическую комедию про вечный русский бал монстров, которые не пугают, а смешат.
Голливудская звезда русских кровей Мила Симонофф (Маргарита Левиева) вынуждена по железной дороге добираться до Владивостока на съёмки залепухи о лётчицах-истребительницах (сама она летать после одного шокирующего инцидента не рискует). Манагер Серёга (Сергей Светлаков), покоритель youtube, грезящий славой Джонни Ноксвилла и его «Чудаков», на спор едет за тридевять земель, чтобы сняться на фоне звездопада (или метеоритного дождя) с живым амурским тигром в обнимку.
По дороге этот немыслимый дуэт встречает существ разной степени фантастичности:
от вполне себе достоверных кавказцев до банды русалов-мужеложцев.
Путь героев пролегает от Москвы до Владивостока – в реальности такие путешествия проделывали участники «Кинопоездов» Тани Петрик и Гийома Проценко – интернационального проекта, фиксировавшего российское житьё-бытьё не без поэтического флёра, но с документальной точностью. Гипер-комедия Волошина на реализм не посягает: его «поезд вне расписания» мчит по волшебной стране, и драматургия этой нео-сказки сконструирована в согласии с теорией Проппа – что, впрочем, не противоречит некоей глубинной, хтонической правде жизни. Здесь по-прежнему «всё как в сорок первом», мы способны показать миру если не кузькину мать, то вхождение в штопор, выжить и после игры в русскую рулетку, и испив стеклоочистительной водки «Обезьянка».
Комментарии «от автора», озвученные Михаилом Ефремовым: «мы не можем без царя, хотя предпочитаем свободу, почитаем святых, но голосуем за грешников» – балласт, ненужный мосток к популярному ситкому.
Если и искать «Скорому» телевизионный аналог, то в первую очередь – «Голубой огонек» или полный праздничной чертовщинки телемюзикл Ларисы Шепитько «В тринадцатом часу ночи» – со звездными сольными номерами. Карнавал Волошина собирает свою коллекцию прекрасных артистов, включая дуэт «Нирваны», Марию Шалаеву и Ольгу Сутулову. Грубоватый стиль напоминает о позднем Гайдае. Цепкие фразы, вроде «А бригадир-то реальную тему затронул» – о кооперативном кино. Притом, что из этого прикидывающегося low brow развлечения, в саундтреке которого уживаются Газманов и White Stripes, можно извлечь умные мотивы.
«САЛОН КРАСОТЫ «ВЕНЕРА» / Vénus beauté (institut)
Тони Маршалл, Франция, 1999
Иногда из набивших оскомину стереотипов, объединяемых под грифом «Настоящее французское кино», может выйти прекрасный фильм.
Место действия вынесено в заглавие. Действующих лиц угадать тем более не трудно: элегантная хозяйка салона красоты, три барышни-косметолога и их многочисленные клиентки.
Во время сеансов массажа дамы обменяются десятками историй о поисках любви и обязательных предательствах, о коротких встречах и долгих расставаниях,
о разбитых сердцах и умирающих последними надеждах. Одна из этих историй – история немолодой, одинокой и разочарованной Анжель (Натали Бай), умывающейся ледяной водой, чтобы ощутить вкус детства и не переносящей белого вина – станет первой среди равных.
Если бы актриса и режиссер Тони Маршалл не сняла свой «Салон красоты», его стоило бы выдумать. Если бы когда-то американский актер и режиссер Уильям Маршалл, среди покинутых подружек которого были Джинджер Роджерс и Мишель Морган, не встретил легендарную звезду французского кино Мишлин Прель, «Салона» могло не случиться. А так от франко-американского любовного союза родилась девочка по имени Тони, которая выросла и поставила фильм, где реализм чудесно уживается с романтической сказкой для взрослых.. С одной стороны, вполне по-американски (это всё они, родительские гены), с другой
сказка-ложь и правда жизни сплетаются воедино с уже почти забытым старосветским изяществом.
При том по-женски нежно и интимно доверительно. Уличный шум и чарующий звон китайских колокольчиков над входом в салон замещают композиторские изыски на равных правах.
«РАЗВЕДЕННЫЙ ДЖЕК» / Divorcing Jack
Дэвид Кэффри, Великобритания – Ирландия, 1998
Потрепанный герой-одиночка, злоупотребляющий алкоголем и случайным сексом, встревает в чертовски тёмное дело. Ему надо пойти туда, не знаю куда, принести то, не знаю что, и неудивительно, если в самом финале странствий разыскиваемым окажется он сам. Дебютный фильм Дэвида Кэффри – редкий «фильм нуар», снятый в Северной Ирландии.
Это единственное место в Европе, где опоздание на работу легко объяснить тем, что в автобусе искали бомбу.
Так и поступает главный герой, безбожный алкоголик и крутой журналист Дэна Старки (Дэвид Тьюлис), от лица которого ведется рассказ о происходящем (в «чёрном фильме» истории положено рассказываться от первого лица). Дэн еще в раннем детстве всё понял про волшебное действие алкоголя – это случилось в тот момент, когда бухой старший брат героя перепутал пишущую машинку с унитазом. С тех пор Старки ставит рекорды по распитию, что не мешает ему быть востребованным женщинами. И хотя Дэн нежно любит свою жену, пьяный роман с юной красоткой получает многообещающее развитие. До тех пор, пока отлучившийся среди ночи за чипсами Джек, вернувшись, не обнаружит свою приятельницу смертельно раненой и хрипящей что-то, отдаленно напоминающее «Джек... разводись». Куда приведёт героя загадочная фраза, в двух словах не описать.
Лучше отмечу здоровый цинизм создателей «Разведенного Джека», использующих для своего обильно сдобренного черным юмором фильма больную тему «мирного урегулирования» в Белфасте. Смеяться, право, не грешно, даже над взрывом, по ошибке устроенным бойцами ИРА не на слете полицейских, а на собрании пожилых собаководов. Очень правильное, скажу я вам, отношение к терактам, у истоков которых, как правило, оказываются не те, кто кажется.
«ПРАВИЛА СЕКСА» / The Rules of Attraction
Роджер Эвери, США, 2002
По мне, лучший молодежный фильм нулевых годов ХХI века; сделан соавтором «Криминального чтива». Роджер разделил с корешем Квентином «Оскар» за лучший сценарий, после чего превратился в заклятого тарантиновского врага ну и в целом как-то выбыл из топовых имён. Чё, обидно; интересный был автор. В золотые 90-е снял очень нервную и очень кровавую криминально-любовную драму «Убить Зоэ», ледяной, визуально изобретательный фантастический арт-триллер «Мистер Ститч». На пике экранизировал большого американского романиста Бретта Истона Эллиса, автора «Меньше чем ноль», «Американского психопата» и «Гламорамы», дающего пример, как на показном нонконформизме можно зашибать недурные деньги. Эвери, предельно точно выбравший нераскрученных, но очень хороших молодых исполнителей,
вдохнул в книжных мальчиков и девочек жизнь.
Придал рядовым сценам максимальную интимность. Угадал детали – отдельные реплики, жесты, мимолетные движения притяжения-отталкивания.
Модный, заводной, ритмичный, с миллионом эффектных и остроумных придумок, вроде обратной съемки, нарушающей линейное течение повествования, мигающий дискотечными огнями фильм о трёх героях-студентах, проводящих дни и ночи в бесконечной череде вечеринок, лишён намека на скуку и мораль. При всей фарсовости многих эпизодов, сатиры на пресыщенных жизнью в «Правилах секса» не много.
Веселый Роджер мог бы, если б знал классику русского рок-н-ролла, процитировать Майка Науменко:
«Если вы меня спросите, где здесь мораль, я направлю свой взор в туманную даль. Если я так живу, значит, так надо».
«НЕРЕАЛЬНАЯ ЛЮБОВЬ» / Alles is liefde
Йорам Люрсен, Нидерланды, 2007
Новый год по-голландски – раньше всех, веселее всех.
Нидерланды – очень веселая страна.
Даже Дед Мороз у них не такой, как у всех. Синтерклаас со свитой слуг – эльфов-мавров Черных Питов – приплывает в Голландию из Испании в ноябре и развлекается в стране до 5 декабря. А в ночь с 5 на 6 декабря и стар, и млад, независимо от вероисповедания, расы и пола, отмечают праздник Синтерклааса – уникальный национальный аналог и Рождества, и Нового года. Именно эта волшебная ночь становится кульминацией комедии «Нереальная любовь». В 2007-м году фильм получил две национальных кинопремии «Золотой теленок» за лучший фильм года и лучшую режиссуру, и мгновенно стал на родине нео-классикой, чем-то вроде «Иронии судьбы» у нас, такой же приятной добавкой к зимнему карнавалу, как пряники пепернотен и шоколадные буквы-инициалы, непременно входящие в любой подарочный набор.
Хотя эпиграфом к «Нереальной любви» могло бы стать название другой отечественной ленты – «Папа, умер Дед Мороз». Именно со смерти пожилого актера, из года в год изображавшего Синтерклааса, всё начинается. Впрочем, свято место пусто не бывает – и на роль седобородого волшебника тут же находится незнакомец с улицы, который, как и положено голландскому Санте Клаасу, только что прибыл в Амстердам из Испании. Вера в реальность этого героя у голландцев велика. В классической голливудской истории «Чудо на 34 улице» возникла необходимость доказать реальность Санты в суде – и прагматичные американцы взяли в помощь долларовые банкноты, на которых зеленым по белому написано «In God We Trust», следовательно,
раз мы верим в Бога, то и в Санте Клаусе сомневаться не следует.
Голландцы повели себя более романтично, заключив, что раз мы верим в Синтерклааса, надо верить и в любовь. Иначе ни праздника, ни любви, вообще ничего не будет.
В качестве доказательства – серия забавных житейских историй, оборачивающихся в финале то диккенсовской сказкой об обретении семьи, то по-голливудски шикарной мелодрамой с реальным принцем на белом коне, вдруг влюбившемся в скромную продавщицу из ювелирного отдела. Эта линия – самая эффектная: еще и потому, что «девушку в подарочной упаковке» играет Карис ван Хаутен, актриса нескромного таланта и внешности, известная по роли в «Черной книге» Пауля Верхувена.
Ничего удивительного, что ради нее распутный принц, только что расставшийся с моделью, готов забыть попойки с венценосными дружбанами
и пойти на службу в супермаркет – изображать Черного Пита. Еще один полноправный герой густонаселенного фильма – Амстердам, город, не теряющий очарования в любых обстоятельствах. Здесь он охвачен предновогодней суетой – но это то многолюдье, которое не раздражает. Чего себе и всем, кто прочёл текст до конца, желаю.
