Венецианский
кинофестиваль


Вадим Рутковский
8 сентября 2016

День 9.
Лав и Лев

Длина – первое, что упоминают в связи с фильмами филиппинца Лава Диаса; он не мелочится – хронометраж в 8, 10, 12 часов у него в порядке вещей, но в конкурсе Венеции – почти корметр по шестистраничному рассказу Толстого: всего 3 часа 48 минут.

Фильм «Женщина, которая ушла» (Ang Babaeng Humayo) начинается в 1997-м, когда Филиппины стали чемпионом по киднэппингу (и все более-менее обеспеченные граждане обзавелись телохранителями), накануне присоединения Гонконга к Китаю, и заканчивается в том же году, спустя несколько дней после смерти матери Терезы.


История – одно из ключевых слов в мире Диаса, и в новом фильме он легкими и уверенными штрихами воссоздает новейшую историю Филиппин и вписывает ее в мировой контекст. Но частная история Горации началась задолго до вступительных титров, 30 лет назад, когда женщина была осуждена за убийство, которого не совершала. Примерным поведением и обучением сокамерниц грамоте она заслужила уважение, однако свобода вернулась к ней только после признания раскаявшейся настоящей убийцы. Впрочем, вдохновитель того давнего преступления – экс-любовник Горации, спаянный с властью предприниматель – раскаиваться даже не думал, и женщина замышляет месть...

По обыкновению длинный (но не чрезмерно) и черно-белый фильм Диаса – и драма, и триллер, и фарс, и даже немного мюзикл: когда Горация и исцеленный ею от побоев транссексуал Оланда исполняют номер из «Вестсайдской истории», зал взрывается аплодисментами (вот ведь неожиданная рифма к открывавшему фест «Ла ла ленду»). Драма, в которой основной мотив – отношения человека с Богом.


Возможно, самый простой (по драматургии), самый камерный (по числу действующих лиц) и самый реалистический (без мистики и сверхъестественного) фильм Диаса. Вдохновлен маленькой былью Льва Толстого «Бог правду знает, но скоро не скажет», зацепившая Лава Диаса остротой разговора о неисповедимости путей Господних, непостижимости судьбы и вечном противоборстве мести и прощения.

Диас – один из немногих режиссеров, которого можно назвать замыленным и обесцененным словом «культовый», и этот киноманский культ во многом базируется на хронометраже, заставляющем практически сожительствовать с героями.

Но сам по себе хронометраж – ничто; суть в том, что Диас, пусть по возрасту и относится к другому поколению, обладает тем же титаническим масштабом, той же недостижимой для большинства даже очень хороших современных режиссеров глубиной, что и старые мастера – соперники по конкурсу: Вендерс, Кончаловский, Малик.

А что там надумает жюри с Сэмом «Квантом милосердия» Мендесом во главе, узнаем уже совсем скоро.