В честь праздника, который то ли можно, то ли нельзя отмечать, в разговор о театральных суевериях и ритуалах врываются... призраки. Никто ведь не сомневается, что в театрах они есть, правда?
Продолжаем разговор, начатый коллекцией театральных суеверий. Каждый уважающий себя старинный дом имеет своего призрака. Странно бы было, если бы их не было в театрах, где мистики больше, чем во всех жилых домах вместе взятых. Конечно, они есть. Как один общий призрак на все театры, так и свои собственные привидения.
Что за общий призрак? Если в театре что-то идет не так - более или менее в любом театре - ссылаются на проделки призрака Феспида.
Согласно древнегреческим источникам, именно Феспид стал первым актёром, который выделился из состава хора и исполнил роль конкретного персонажа. Он — прародитель всех служителей сцены. И если в театре нет собственного призрака, то именно на Феспида можно возложить ответственность за все косяки и катастрофы, которые возникают во время постановки. Этакий “один за всех”, не просто ему приходится!
Но многие театры могут похвастаться и собственным “штатным” призраком.
Самым знаменитым, конечно, является тот, что прописан в Парижской опере, в знаменитой Опера Гарнье. Но легендарному “Призраку оперы”, которому повезло стать героем спектакля, на пятки наступают многие!
К примеру, Лондонский театр Royal Drury Lane часто называют одним из самых «населённых» духами. Среди его «жителей» – «Человек в сером», чьи останки нашли замурованными во время реконструкции здания; а также призраки актёров Чарльза Маклина (который в порыве спора убил в театре другого актера, ткнув ему тростью в глаз), Джо Гримальди (который, по легендам, помогает растерянным артистам найти выход на сцену), Дэна Лено (присутствие которого в гримерке выдает запах лавандовых духов). Заходя в служебную часть театра, обязательно нужно здороваться с призраками, особенно с тем самым «Человеком в сером», таинственной фигурой в плаще, со шпагой и в треуголке, иначе жди беды.
А в бродвейском театре «Лицеум» до сих пор появляется призрак Дэниела Фромана — продюсера и управляющего театром в начале XX века.
Вернее не его, а его руки: он махал белым платком из своего кабинета, выходящего окнами на сцену, всякий раз, когда его супруга, актриса Маргарет Иллингтон, начинала переигрывать.
Некоторым актёрам он, видимо, тоже подсказывает, что стоит успокоиться, и машет тем самым платком.
Королевский театр в Йорке верит в «Серую даму», призрак, не имеющий никакого отношения к театру. Как говорят, на месте театра в Средние века была больница, где работала молодая монахиня: она влюбилась, и за нарушение обетов ее заживо замуровали в стене. А Королевский театр Бристоля считает своим призраком актрису Сару Макреди, которая уже почти 200 лет время от времени навещает определенную ложу - и тогда по театру распространяется аромат ее духов и могильный холод.
Свои призраки есть и в российских театрах. Так, в здании МАМТ на Большой Дмитровке когда-то была усадьба семьи Салтыковых. Сюда, в гости к сестре, наведывалась княгиня, ставшая прообразом старой графини из “Пиковой дамы”. Говорят, в дни этого спектакля на парадной лестнице все еще можно услышать шуршание ее платья. Призрак приглядывает за тем, как рассказывается ее история.
В Большом театре могут похвастаться сразу несколькими призраками: есть тут и балерина - некая “белая тень”, есть серый призрак, который часто оказывается предвестником неприятностей,
есть призрак в черном плаще с капюшоном, и, возможно, есть даже призрак Горского, который приходит приглядывать за своим “Дон Кихотом” (Горский жил одно время в одном из нынешних зданий театра). В Мариинке призрак один, но зато вокальный: легенда связана с одной оперной певицей XIX века, которая все возвращается и возвращается спеть в премьере, которую не провела из-за потери голоса. Говорят, звукоинженеры иногда фиксируют звуки арий, которые не должны были звучать в этот день.
А в московском театре имени Пушкина верят в проклятие, которое наложила на театр актриса Алиса Коонен – и приложили много усилий, чтобы заслужить ее прощение. Судя по тому, что странности, которые связывали с ее проклятием, в последние годы происходить перестали, театру это удалось.
Кажется, самый сильный призрак живет в Театре имени Ленсовета. У него его свое место, в правом ряду у пятой колонны. Это место всегда свободно! Потому что если его занять, начинает твориться чёрт-те что. Это “Место Смотрящего”, место актера, который умер в театре, не успев сыграть спектакль. И, возможно, сидя в зале, все еще ждет своей очереди.
В Александринке же обитает дух актрисы из императорской труппы.
Призрак может немного пошалить, но вообще в театре она на хорошем счету: помогает артистам с репликами, если у них случается “белый лист”.
Многие театры в Великобритании и на Бродвее именно для призраков оставляют на сцене ночной или “призрачный” свет (Ghost Light) — это открытая электрическая лампа или одинокий фонарь, который главный электрик или другой сотрудник сцены оставляет в центре подмостков после окончания работы. Конечно, с чисто практической целью: чтобы в темноте никто не споткнулся и не получил травму. Однако люди театра предпочитают думать, что этот свет служит для того, чтобы отпугивать злых духов…
или, наоборот, сделать пребывание дружелюбных призраков в театре более комфортным.
