Принципы единства народов России


Вадим Рутковский
22 September 2023

Евгений Марчелли поставил в Театре Моссовета мюзикл «Бременские музыканты»

Песни, танцы и сюжет советской мультдилогии, где воспевают свободу, вся труха – от глупого короля, а Трубадур с квартетом из Осла, Пса, Кота и Петуха – типичные иноагенты, подходят и для утренника, и для политического театра. Спектакль Марчелли – как гладкий сценический колобок, убегает от интерпретаций: просто качественное исполнение сочинения Геннадия Гладкова, Василия Ливанова и Юрия Энтина.


Утренником «Бременских музыкантов», конечно, не назовёшь: дорого, размашисто и почти без прямого контакта с юными зрителями. Иногда он возникает; вот, например, Трубадур (Нил Кропалов или Алексей Трофимов) и его «группа звери» показывают фокусы, принцесса исчезает, глупый король (Андрей Межулис или Олег Кузнецов) бесится и требует выкинуть бродягу вместе с его домашними животными из дворца – и тут весь зал вовлекается в подушечный бой. Но это, скорее, исключение. Спектакль «ведёт» Шут (в мой день – Андрей Смирнов; в другом составе – Ваня Пищулин), с самых первых мгновений обращающийся напрямую в зал.

Правда, приветствует он – «Здравствуйте, мои дорогие друзья! Как же я рад вас всех видеть!» – таким приторно притворным тоном, что можно заподозрить ровно обратное.


Ну да ладно; вдруг это Марчелли и Смирнов иронизируют над традициями замшелого детского театра?

Тяжелее вынести, что Шут – резонёр, многословно и назойливо – будто дети, как король, глупы от рождения – дублирует действие пересказом;

взяв же на себя риск непосредственного общения с залом, диалогов со зрителями (а малышня – она без комплексов и тормозов; спрашивают – отвечает) чурается. Со взрослыми ему проще: вполне сладострастно рекламируя самую прекрасную принцессу на всём белом свете (Дарья Емельянова или Глафира Лебедева), Шут интересуется: «Папы в зале есть?», и услышав немногочисленные, но сплочённые – «Дааа!!!!» – басы с задних рядов, ухмыляется: «Повезло!»


Эрос – любимый бог и постоянный участник спектаклей Марчелли; и в «Музыкантах» он не покинул режиссёра, но замаскировался танцем.

Банда разбойников стала роскошным женским кордебалетом – почти Friedrichstadt-Palast – под предводительством властной и соблазнительной Атаманши (Екатерина Гусева, в другом составе – Ирина Климова). Эта огонь-бандитка – самое смелое отступление Марчелли от канона, заданного мультфильмами Инессы Ковалевской и Василия Ливанова: такой Атаманши мы ещё не видели (и на голоса из зала Гусева живо откликается, хотя её роль этого и не предусматривает).

Ещё Роман Кириллов придал своему смешному начальнику королевской охраны больше значимости, чем предусмотрено первоисточником.

Всё остальное – близко к «тексту»; только дольше и медленнее:

оба мультика, «Бременские музыканты» (1969; огребли, кстати, критики за хипповую дерзость стиля) и «По следам Бременских музыкантов» (1973), вместе длятся сорок минут, спектакль же – даже не считая антракта – на час длиннее. Событий на такой метраж не предусмотрено, а подушечная битва только одна; заскучать – легко.


Спектакль Марчелли – всегда вызов; театр резкий, задевающий, вызывающий. Я, услышав о премьере в Моссовете, был страшно заинтригован. На выходе лишь пожимал плечами – настолько никаким показалось увиденное; как в другой сказке – ни далеко, ни близко, ни высоко, ни низко; с отдельными самоцельными хохмами (вроде клеенчатых «челночных» сумок для добра, награбленного весёлыми разбойницами); гладко, мило, ни о чём. То, что именно такие «Бременские музыканты» вышли у такого режиссёра – возможно, самый чёткий симптом новой культурной политики страны, где острота – не в чести.

Разбойницы не раз напомнят, что пистолетики – игрушечные, выстрелы – шутка, бяки-буки – нестрашные.


Марчелли этот глобальный (и, не исключено, фатальный) сдвиг чувствует; пробует отшутиться – бременцы, например, устраивают почти что философский худсовет по поводу своего представления с фокусами. «Чем мы так ррррасердили короля?» – недоумевающе рычит Пёс (Олег Отс или Антон Аносов; в моём составе он был самым достоверным из всей окружающей Трубадура фауны). Петух (Владимир Прокошин или Павел Усачёв) отвечает, словно сотрудник минкульта:

«Нам не надо перед зрителем ставить сложные задачи, вызывать у него чувство дис-ко-ко-комфорта».

Прогрессивный Осёл (Александр Емельянов или Михаил Филиппов) настаивает на другом: «Мы не должны ориентироваться на вкус зрителя, мы должны его в некотором смысле опережать, возвышать помыслы». Кот (Влад Боковин или Митя Фёдоров) переводит стрелки на безопасный путь – помурлычем про любовь Трубадура.


А что, Шут в самом начале честно предупредил: «Будет много прекрасного». Дальше, уверен, ещё больше.

То ли ещё будет, ой-ой-ой.


(©) Фотографии Елены Лапиной предоставлены пресс-службой театра.