Назад в будущее


Вадим Рутковский
2 июля 2018

Приключения на краю света и в лабораториях генной инженерии: «Генезис 2.0» – самый захватывающий документальный фильм года

Проект швейцарского мэтра неигрового кино Кристиана Фрая и молодого российского оператора и режиссера Максима Арбугаева прокладывает путь между затерянным доисторическим миром и миром будущего.

«Генезис 2.0» – современный эпос, обнаруживающий в реальности сюжеты мифов и sci fi: то, о чем складывали сказания наши далекие предки и фантазировали футурологи, оказывается правдой. Почти детектив, разыгрывающийся на недоступных большинству из нас площадках: засекреченных научных объектах и островах, то ли забытых, то ли законсервированных Богом для тех смельчаков, что рискнут бросить ему вызов.

А еще «Генезис 2.0» – редкий фильм, в котором увлекает не только то, что в кадре.


История создания фильма сама тянет на остросюжетный роман, где первый главный герой – якутский парень Максим Арбугаев, который внезапно отказывается от многообещающей карьеры профессионального хоккеиста и, взяв камеру, идёт с отцом в опасное путешествие на собачьих упряжках по архипелагу в Северном Ледовитом океане. Потом поступает во ВГИК в мастерскую Сергея Мирошниченко, потом, благодаря успешной фестивальной судьбе учебного фильма «Охотники», знакомится с маститым швейцарским режиссером Кристианом Фраем.

Фрай – второй герой этого воображаемого романа, документалист и авантюрист, влекомый экстремальными темами (см. фильм «Военный фотограф») и неизведанными пространствами (см. фильм «Космические туристы»); прочитав книгу американского генетика Джорджа Чёрча «Регенезис», загорелся идеей проекта о клонировании мамонтов и взялся за работу, рассчитывая только на собственные средства (ZDF, Arte и Швейцарское ТВ подключились позже).

Интернациональный союз Арбугаева и Фрая сложился: Максим отправился на Новосибирские острова, необитаемый уголок буквально на краю Земли, куда каждый год прибывают, реально рискуя жизнью, преодолев сотни километров по неспокойному морю, искатели мамонтовых останков. Кристиан выбрал кругосветку по «большой земле»: из Америки – в Китай, где к делу клонирования привлечены неисчерпаемые ресурсы государственного капитализма, и Южную Корею, родину корпорации Sooam Biotech, передовика генной инженерии, сотрудники которой клонировали уже под тысячу собак.

И готовы взяться за мамонта, благо навеки промерзшая почва Новосибирских островов сохранила даже кровь древних животных, а не только идущие по хорошей цене бивни.


«Генезис 2.0» – это абсолютно завораживающая среда: пустынные острова невероятной красоты, от которой смертные сходят с ума.

Пространство неприрученной природы, где человека накрывает арктическая лихорадка и мистическая тоска: бывалые охотники рассказывают легенду о везунчике, нашедшем гигантские бивни, да в итоге на них и повесившемся.

И – с другой стороны – стерильный хайтек исследовательских корпораций, где люди в синих халатах запросто творят чудеса. Киноэкран в фильме Фрая и Арбугаева становится местом встречи рационализма и магии, скепсиса и романтики. Чуть ироничный, выверенный до мелочей, как расписание швейцарских железных дорог, трип Фрая по конференциям и кабинетам генетиков вступает в сложные отношения – тут и контакт, и конфликт – с путешествием Арбугаева.

И с кинематографической точки зрения это очень изощренная работа, обрамленная цитатами из якутской мифологии олонхо и выдержанная в контрастных ритмах: бодрая деловитая походка хроникера-документалиста перемежается неспешной, растворяющейся в доисторическом безвременье поступью режиссера-сказителя. Парадоксальный и очень мощный эффект возникает, когда в пласт арктической вечности попадает фрагмент «Брата» Алексея Балабанова: фильм смотрят охотники;

такое не придумаешь специально – и не опишешь словами.

При всей уникальности географического и этнографического материала «Генезис 2.0» вряд ли стал бы большим художественным достижением, если бы не портреты удивительных людей. Фильм превращает в супергероев сановитого американца Джорджа Чёрча, которому молодые энтузиасты со всего мира внимают, как магистру Йоде, и корейского живчика Хван У Сока, заправляющего многомиллиардной корпорацией. Якутского палеонтолга Семена Григорьева, главу Музея мамонта (Фрай сравнивает его с Индианой Джонсом), и его брата Петра, охотника за «белым золотом». А другой искатель бивней, Спира Слепцов, и его друг Влад под особым взглядом Арбугаева оказываются почти сказочными персонажами, устремившимися за тридевять земель – за мифологическими сокровищами (пусть и измеряется их материальная ценность какими-то жалкими тысячами).


«Генезис 2.0» участвовал в неигровом конкурсе Санденс-фестиваля, где получил операторский спецприз, и в неигровом конкурсе ММКФ, где не получил ничего. В Москве жюри проголосовало за «Чистильщиков», док про маленьких солдат интернет-цензуры – граждан, как правило, третьего мира, получающих через третьи лица зарплату от Фейсбука за то, что днями и ночами отслеживают, не разместили ли вы в своём аккаунте запретные сиськи-письки. Жюри можно понять: цензура в России – болевая точка (в США же о ней уже более полувека никто не вспоминает, и «Чистильщиков» на том же Санденсе оставили без наград), а fb и инстаграм есть почти у всех, попробуй остаться равнодушным. «Генезис 2.0» в одном из своих аспектов касается не менее горячей темы – генной инженерии и клонирования, но это для большинства – нечто из области научной фантастики; в принципе, интересно, но к возможной блокировке любимого фейсбучика отношения не имеет. Однако именно «Генезис 2.0» захватывает сильнее любого голливудского блокбастера:

тут и мастерство, и масштаб, и характеры.