Странно и женщины


Вадим Рутковский
25 июля 2018

«Зои», «Талли», «Паранормальное»: самые интересные новинки кинопроката

Фантастическая love story, драма о тяготах материнства и хоррор-фэнтэзи: в разделе «Текущий репертуар» – три жанровых фильма, снятых полноценными режиссерами-авторами

«Зои» (Zoe)

Дрейк Доремус, США – Канада – Великобритания, 2018


Недалекое будущее, передовая на рынке робототехники корпорация отлаживает производство «синтетиков» – биороботов, внешне практически неотличимых от людей. Они, правда, не могут плакать, но могут чувствовать боль – и свою, и человеческую, они вообще неплохо врубаются в чувства, будучи запрограммированными на любовь и верность: никогда не предадут, разве что будут деактивированы – вследствие износа материалов или – такое тоже возможно – по своей воле. Изобретатель «синтетиков» Коул (Юэн МакГрегор) – мужчина с грустными глазами и разбитым разводом сердцем, создает идеальных партнеров, чтобы утолить собственную печаль. В первом же установочном диалоге с роботом Эшем (Тео Джеймс, звезда «Дивергента») Коул «заряжает» машину своим опытом разочарования. Не замечая влюбленных взглядов пресс-атташе компании Зои (Леа Сейду)...


Американец Дрейк Доремус, собравший на площадке впечатляющее интернациональное трио и придумавший довольно оригинальный любовный треугольник (а также несколько дельных фантастических фишек – вроде фармацевтического препарата «Бенисол», возвращающего клиентам эйфорию первого свидания), – маленький солдат авторского кино. Слишком попсовый для снобов (хотя его лирическая антиутопия «Равные» и участвовала в Венецианском конкурсе). Слишком эстетский для зрителей мультиплексов (его фильмы продюсирует Ридли Скотт, но больших сборов они не делают; предыдущий – занимательное эротико-психологическое исследование «Новизна» – прошел совсем незамеченным).

Доремус попадает в какую-то серую зону – и это тем более несправедливо, что специализируется он на вечно актуальной теме: личная жизнь, секс и отношения.

Не жалуется на бедность фантазии, ловко складывая новые паззлы из хорошо проверенных драматургических архетипов. Снимает в узнаваемом стиле с приглушенной цветовой гаммой и вкрадчивым движением камеры. Его фильмы, бывает, грешат приторностью – но у Доремуса вообще мягкий темперамент и ненавязчивая манера повествования. Иной раз его заносит в резонерство голливудского толка – что терпимо в нахрапистых проектах больших студий, но вредит избранной Доремусом интимно-доверительной интонации. Возможно, время восстановит Доремуса в правах: фестивальные кураторы будущего откроют его заново и устроят персональную ретроспективу (если не утратят сентиментальности без стимулирующего глотка «Бенисола»). Предлагаю не дожидаться и посмотреть «Зои» прямо сейчас. А будущей ретроспективе дарю название: «Дрейк Доремус: Признания человека, который не мог спать один». Никаких сексуальных коннотаций; для уточнения мысли цитирую диалог из фильма «Паранормальное» (о котором подробно будет дальше): «Мы спали с Анной. – Поздравляю. – Да, я отлично выспался. – То есть, вы спали в прямом смысле? – Да, я так и сказал. – Я слышал, что ты сказал, но обычно, когда люди говорят, что спали с кем-то, это значит, что у них был секс. – А я-то думал, «спать» означает закрыть глаза, лечь поудобнее и отключиться... – Ладно, проехали».

«Паранормальное» (The Endless)

Джастин Бенсон, Арон Мурхед, США, 2017


Арон и Джастин Смит – братья (их играют сами режиссеры, оставившие героям собственные имена), десять лет назад, в старшем подростковом возрасте, сбежавшие из «деструктивной НЛО-секты» «Аркадия», члены которой облюбовали оазис в пустыне для коллективной жизни и поклонения неведомому божеству. В «нормальной» жизни дела у братьев идут так себе: Смиты за гроши убирают дома, питаясь лапшой из «бич-пакетов» – каждый цент на счету, даже на новый аккумулятор для старой тачки не заработали. У младшего, Арона, о жизни в секте остались самые розовые воспоминания: вкусная и здоровая пища, посиделки с гитарой у костра, только что с оленями не обнимались. Старший, Джастин, твердит об ужасах тотального подчинения, убеждает, что вознесение, которым грезят сектанты, ни что иное, как банальное самоубийство, и пугает обязательной в секте кастрацией. Однако реальных примеров насилия над кем-либо из обитателей коммуны не припоминает и он. И потому, когда Арон получает видеокассету с посланием сектантки Анны и выказывает желание наведаться в «Аркадию», проведать былых товарищей, Джастин не сопротивляется: заедем на денек. Но если вы видели трейлер или обратили внимание на оригинальное название фильма (The Endless, «Бесконечность»), то догадаетесь, что деньком дело не обойдется...


Бенсон и Мурхед – как братья Васильевы; не родственники по крови, но не менее сплоченный дуэт, чем, например, родные братья Коэн. Бенсон и Мурхед – главная надежда утомленного клише жанра хоррор; прославились нестандартными опытами «Ломка» и «Весна» Бенсон пишет сценарии, Мурхед снимает как оператор, о том, что и главные роли в «Паранормальном» отдали себе, уже сказал. «Паранормальное» – их opus magnum, в котором «небратья» обильно цитируют самих себя («Ломка», первый совместный полный метр 2012-го года, становится одной из побочных сюжетных линий «Паранормального») и стремятся высказаться о главном.

Этот фильм – как то нечто, что вселяет в сектантов священный страх и восторг: запутывает, меняет обличья, уводит по ложным тропам.

Нечто из «Аркадии» нельзя увидеть человеческим глазом (не хватает «палочек и колбочек»), оно проявляет себя аномальными погодными явлениями и миражами, общается же посланиями на архаичных носителях – VHS, аудиокассетах, кинопленке и доисторических жёстких дисках, то есть, всём том, что уже вызывает острую ностальгию и оказывается объектом хипстерских культов. Однозначной расшифровке послания не поддаются.


Фильм «Паранормальное» то зловеще прищуривается и запускает «дьявольски» ремикшированную народную американскую песню The House of the Rising Sun, напоминая о хоррорах про религиозные культы.

То бравирует леденящей мистикой, будто действие происходит не в Сан-Диего, а на перевале Дятлова.

Иногда заступает на территорию комического гиньоля. А иногда напоминает изощренный философский трактак об издержках бессмертия. Но в конечном счете побеждает «братское» начало: фильм, открывающийся цитатой из Лавкрафта, не то, чтобы реально пугает (но держит внимание бесперебойно все без малого два часа экранного времени), потому что Бенсона и Мурхеда заботит не природа страха, но природа родственных отношений. И тут возможно легкое разочарование – наобещали чудес с три короба, а свели всё к преодолению кризиса между близкими людьми. Хотя, с другой стороны, это и задевает за живое. С чудесами же всё в порядке – недосказанность и перешифрованность в данном случае засчитываются как достоинства.

«Талли» (Tully)

Джейсон Райтман, США, 2017


«Талли» – новый фильм режиссера Джейсона Райтмана, сценаристки Дьябло Коди и актрисы Шарлиз Терон: в 2011-м трио сделало «Маленькую богатую девочку». Сотрудничество же Райтмана с Коди началось ещё в 2007-м, на «Джуно»; первый экранизированный сценарий 29-летней на тот момент Коди принес ей премию «Оскар». Вокруг «Талли» шума меньше, хотя фильм точно не хуже. Взросление – постоянная тема Райтмана/Коди, в её вариациях он придерживается фразы, принадлежащей пожилому герою Ричарда Дженкинса из фильма «Гуманитарные науки»: «Открою самую страшную тайну человечества: никто не чувствует себя взрослым» (к Райтману «Науки» отношения, если что, не имеют, вспомнил по настроенческому созвучию). Марло (Шарлиз Терон) кажется исключением: натруженная мать двоих детей (у сына – нечто вроде аутизма, в обычном детском саду его держат только из уважения к щедрым спонсорским взносам брата Марло – он, в отличие от замученного низкооплачиваемой работой мужа, богач) рожает третьего, незапланированную и не то, чтобы желанную девочку; ни просвета, ни радостей не намечается – клиническая взрослая жизнь. На собственную внешность Марло плевать, настолько, что даже маленькая дочь ужасается: «Мама, что стало с твоим телом?!» (Терон – актриса, которая любит радикальные физические перевоплощения; испитую лесбиянку-убийцу из «Монстра» новая героиня не затмевает, но направление выбрано, в принципе, то же).


Надежда на спасение из ада материнства и возвращение в человеческий облик (который, по Райтману/Коди невозможен без несколько инфантильного сумасбродства) приходит вместе с гуманитарной помощью брата – ночной няней Талли (Маккензи Дэвис – самая эффектная девушка в «Бегущем по лезвию 2049»).

Драма о едва выносимой тяжести бытия среднего класса превращается в этакую реалити-версию «Мэри Поппинс» (это – не последний перевертыш «Талли»).

Райтман не гнушается делать акцент на неприглядном быте и физиологии; в частностях он честнее большинства голливудских лакировщиков действительности. И пусть его кино несвободно от голливудской дидактики – у каждого свои недостатки.

Зои (2018)

CoolConnections рекомендует

Талли (2018)

CoolConnections рекомендует