365952d7 0ddb 4f76 bff0 5693e3b0449f

Авторские голоса, реальные жизни

Bce347ec a178 43f4 92f7 3401119ce858
Леонид Александровский
27 октября 2017

18 фестиваль нового британского кино начинается с роскошных биографий

Старческая любовь королевы Виктории и ранние годы Моррисси – среди кинобиографий «Бритфеста».

Британское кино, как никакое другое, замешано – и помешано! – на жизнеописаниях.

Что неудивительно – первым современным биографом был англичанин (см. Босуэлл, Джеймс). Кстати, самая первая кинокомпания, появившаяся еще в 1895 году, называлась Biograph Company; что до «биографической компании», собравшейся на «Бритфесте», то она даст фору любому джентльменскому клубу Мейфэра или Вестминстера.

Впрочем, первый герой нашей био-подборки был весьма далек от намоленных мест и мажорной эксклюзивности высшего света, а его «частный клуб» находился среди трущоб Ист-Энда, еще не причесанного сегодняшней джентрификацией. Рональд Дэвид (или просто Р. Д.) Лэнг – так звали шотландского доктора, писателя, публичного интеллектуала, энтузиаста «анти-психиатрии», отца шестерых детей и главного героя фильма Роберта Муллана «Бесит быть нормальным».


Лэнг верил, что шизофрения – не клиническая болезнь, но луч света, пробившийся в наши закупоренные мозги из какого-то неведомого экзистенциального источника, и что «лечить» её надо не электрошоком, но человеческим взаимопониманием. В 1965 году Лэнг арендовал бывший приют для нищих Кингсли-Холл и затеял там социально-медицинский эксперимент по совместному терапевтическому проживанию врачей и душевнобольных пациентов.

Добрый доктор кормил подопечных вкусными обедами с ЛСД, вел с ними душещипательные беседы – иногда сопровождаемые камнепадом со стороны недовольных соседством местных жителей – и с удовольствием рассказывал обо всем об этом телеаудитории BBC.

Конец 1960-х Лэнг встретил уже в статусе контркультурной суперзвезды. С ним водили дружбу Гинзберг, Берроуз, Бойс и Хокни; Тимоти Лири называл его своим британским эмиссаром. Кен Лоуч снял два телефильма, вдохновленные его идеями и деятельностью, а самому доктору однажды довелось выступать на одной сцене с королями кислотного рока The Greatful Dead. Роберт Муллан, снявший первый байопик про Лэнга, – биограф в подлинном, босуэлловском смысле: еще в 90-е он написал две книги по мотивам личного общения с героем. Муллан, вообще, интересный персонаж: в первой части карьеры делал документалки для ТВ (среди прочего, про суфизм, Мотаун и Азербайджан), а уже в десятых годах снял три подряд художественных фильма в Литве.


Предмет пристального изучения Муллана – душевные расстройства как генетическое свойство творческого духа: один из его литовских фильмов посвящен умершему в психбольнице Чюрлёнису, а его следующим проектом будет картина о душевнобольной дочери Джойса Лючии. Шесть фортепианных пьес Чюрлёниса звучат и в этой ленте, изрядно выигравшей и от ястребиной харизмы шотландской звезды (и что немаловажно, экс-доктора Кто) Дэвида Теннанта, и от ядреного, почти в стиле «Экзорциста», перформанса ветерана Гэбриэла Бирна, и от свободного режиссерского дыхания Муллана.

От дублинца Бирна, которому не впервой обживать трухлявые трущобы Внутреннего Лондона (см. «Паука» Кроненберга), английские пути-дорожки уносят нас к отпрыску дублинских иммигрантов Стивену Патрику Моррисси. Мы находим Моза лелеющим свою байроническую неприкаянность – снова привет от Бирна! – в Манчестере конца 70-х, в фильме дебютанта Марка Гилла «Англия принадлежит мне».


Кстати, новый альбом иконы британского рока – Low In High School – выйдет ровно через две недели после премьеры фильма на «Бритфесте», и в фильме Гилла мы видим Моррисси именно таким. «Депрессивным школьником», влюбленным в New York Dolls, Sparks и Roxy Music. Ищущем себя и свое призвание на концертах чуть раньше повзрослевших сверстников, за печатной машинкой в спальне, обклеенной портретами Оскара Уайлда, и в витиеватой болтовне с подругой-художницей Линдер.

Муллановский диагноз «болезнь мозга есть творческий прорыв интеллекта» у Гилла обогащается темой творчества, увлеченности искусством как тихого помешательства; ранние годы Моррисси как раз дают отличный материал для размышлений на тему.

Случай и правда необычный: даже поклонники The Smiths мало задумываются над странной пятилеткой безвременья в жизни своего кумира, когда, попробовав себя вокалистом в нескольких группах, Моррисси словно растворился в среде. Писал стихи, статьи и буклеты для местного издательства. Запоем читал книги и слушал пластинки, перебивался бессмысленными заработками. Слонялся по клубам и концертам и постепенно превращался в маргинального закадрового персонажа манчестерской рок-сцены. Если бы одним майским полуднем 1982 года старый шапочный знакомец Джонни Марр не позвонил в дверь родительского дома Стивена – и не предложил посочинять песни вдвоем – мир мог бы и не узнать этого романтика-мизантропа с букетом гладиолусов в заднем кармане. Зачарованная смесь самоуверенности и мнительности схоронит в четырех стенах кого-угодно. И потому «Англия принадлежит мне» – это история о том, как Моррисси прожил жизнь типичного фаната The Smiths, прежде чем начать жить жизнью фронтмена The Smiths. В роли Стивена Патрика – шотландец Джек Лоуден, Николай Ростов из «Войны и мира».


Следующая часть маршрута манит нас из ливневого Манчестера на солнечные лужайки Восточного Сассекса, от вечного хмурого Иа-Иа британского рока – в компанию к Кристоферу Робину и его отцу, знаменитому писателю Александру Алану Милну, героям фильма «Прощай, Кристофер Робин». В отличие от Моррисси, который придумал свою жизнь сам (при помощи мистера Марра и его бетховеновского стука в дверь), жизнь Кристофера Робина Милна была написана его отцом.


«Пятилетку безвременья» Моррисси нынче впоминают разве что предприимчивые кинематографисты (а сам певец, дабы окончательно изгнать из себя неуютную юность, запрещает называть себя по имени), тогда как история Кристофера Робина, наоборот, вся состоит из детства. Из тех пяти лет, в течение которых выходили книги про Винни-Пуха, сделавшие мальчугана и его плюшевого медведя международными селебрити.

Ранняя слава сильно попортила жизнь младшему Милну, который из своего публичного детства не вынес ничего, кроме ненависти к родителям и желания поскорее скрыться с глаз общественности в какую-нибудь дыру подальше.

Что он и сделал, поселившись в Дартмуте и открыв там книжный магазинчик, каковым и продолжал заправлять до самой старости, поддерживая на плаву не шибко прибыльный бизнес с помощью роялтис от продаж «Винни-Пуха». В фильме Саймона Кертиса, известного по «Семи дням и ночам с Мэрилин», всего этого, однако, нет. Зато есть те самые, залитые солнцем лужайки Восточного Сассекса и юный Кристофер Робин, еще не ведающий о том, что его детство литературно использовано и выставлено напоказ. В фильме снимались: великолепный ирландец Донал Глисон (А. А. Милн), Келли Макдональд-нянька и шикарная пара комедианток Фиби Уоллер-Бридж (Fleabag) и Вики Пеппердин («Старость – не радость»).


Одним из самых заметных британских биографов 20 века был современник Милна Литтон Стрейчи, участник легендарной «Блумсбери-группы» и автор эпохального фолианта «Знаменитые викторианцы». На открытии «Бритфеста» покажут драмеди Стивена Фрирза «Виктория и Абдул» – новый фильм про женщину, давшую свое имя эпохе.


Как известно, после ранней кончины горячо любимого супруга, принца Альберта, Ее Величество редко оставалась совсем без мужского внимания. История взаимоотношений королевы с конюхом Джоном Брауном была рассказана Джоном Мэдденом в фильме «Миссис Браун» еще в 1997 году. Теперь, 20 лет спустя, нить рассказа о монаршьих мезальянсах подхватил Стивен Фрирз (на счету которого – не только достославная «Королева», но и два телефильма про новейшую британскую политическую историю: «Сделка» и «Очень английский скандал»).

Викторию снова играет «национальное достояние», Дама-Командор Джуди Денч, обгоняющая свою героиню уже лет на 15 (Джуди нынче 82, а королеве на момент знакомства с Абдулом было 68).

С остальным кастингом – тоже порядок. В роли последнего конфиданта Виктории, клерка из Агры Абдула Карима задействована звезда Болливуда Али Фазал. Знатный кроссдрессер Эдди Иззард играет принца Уэльского – будущего короля Эдварда Седьмого – а гость «Бритфеста» Саймон Кэллоу неожиданно предстал в роли Джакомо Пуччини.


Последние два фильма нашего гида – в прямом смысле «художественные» (или, если хотите, буквально «артхаусные»). «Последний портрет» – первый за десятилетие режиссерский фильм американского лондонца Стэнли Туччи – снова забрасывает нас в середину 60-х. В тот самый момент, когда гениальный швейцарец Альберто Джакометти (Джеффри Раш) – художник, создатель «спичечных» скульптур, исчерпывающая ретроспектива работ которого только что прошла в Tate Modern – решает написать портрет друга, американского критика Джеймса Лорда (Арми Хаммер).

Один из финальных шедевров гения – и новая искрометная работа талантливого Туччи – рождается прямо у нас на глазах.


От фильма про художника – к фильму-выставке: документальная картина David Bowie Is возвращает нас к Виктории и Альберту. А точнее – в Victoria & Albert Museum, где четыре года назад открылась и начала завоевательный поход по планете грандиозная выставка, посвященная жизни и творчеству Боуи.


Год 1948: фотокарточки годовалого грудничка Дейви Джонса в разбомбленном Брикстоне. Год 1964: первое телеинтервью 17-летнего президента «Общества по предотвращению насилия в отношении длинноволосых мужчин». Июль 1972: Starman на Top Of The Pops, вдохновивший и создавший поколение. Год 1977: портреты Игги Попа маслом. Вне времени: Боуи-инопланетянин, Боуи-король гоблинов. Год 2013: Ханиф Курейши, Кансай Ямамото, Джарвис Кокер, Джереми Деллер, люди-манекены и все-все-все.

Нет на этой выставке и в этом фильме лишь одного факта из жизни Дэвида Боуи – его смерти, но эту биографическую неточность уже поправили без нас.