B035553d 4572 4edb 812f d84cac75a74f

Канн-2018: Терпение и труд перетёрли всё

A3e73a66 09ea 4000 b100 6756e733cd1c
Вадим Рутковский
20 мая 2018

Фестиваль завершился победой «Магазинных воров» и премьерой «Человека, который убил Дон Кихота»

Один из самых интересных Каннских фестивалей последних лет закончился благородно и скучно.

В истории были и бесспорные, и возмутительные «Золотые пальмы», фестиваль закрывался под овации и негодующие вопли. Но в 2018-м победа «Магазинных воров» Хирокадзу Корэ-эды не вызывает вообще никаких чувств, кроме удивления.


Каннский фестиваль всегда был «про актуальность», любое неожиданное решение жюри – вроде недавнего золота фильму «Я, Дэниел Блейк» Кена Лоуча – оказывалось политическим жестом (и победой не самого интересной картины Лоуча Канн отвечал на глобальный правый поворот в мире). А в 2018-м победа досталась очень скромным, по-телевизионному камерным и безыскусным, не влияющим ни на что «Магазинным ворам» – «одним из» в безразмерной фильмографии японского фильммейкера Хирокадзу Корэ-эды (подробнее о фильме – здесь). Ручаюсь, что к появлению «Воров» в России, на фестивале японского кино, в эфире канала «Культура» или очень ограниченном кинопрокате, Корэ-эда сделает ещё пару-тройку фильмов, добротных, гуманных и неотличимых друг от друга. Ну, будем считать, что в 2018-м награда досталась не амбициям и новаторству, а терпению и упорному труду. 


Без терпения не появился бы на свет фильм закрытия, многострадальный «Человек, который убил Дон Кихота» Терри Гиллиама. Его открывает титр, с фирменным монти-пайтоновским юмором напоминающий о 25 годах съёмок и несъёмок. А закрывает посвящение Жану Рошфору и Джону Херту – двум потенциальным Дон Кихотам, не дожившим до премьеры. Важную для Гиллиама роль в конце концов сыграл британец Джонатан Прайс:

его священное безумие, облекающее пожилого деревенского башмачника в рыцарские латы, также убедительно, как горящий взгляд советского пионера Пети Васечкина, Дон Кихота из нашей телеклассики. 


Человек, который убил Дон Кихота – режиссёр Тоби Грисони (Адам Драйвер), разменивающий талант на съемки рекламных роликов, – персонаж даже поинтереснее: он развивается. И фильм – сумбурный, иногда по-стариковски неряшливый (и тут думаешь, что некоторым мечтам лучше оставаться мечтами) – как раз про его путь и личностный рост. В начале Тоби – образец трусости и мелкой подлости: как он убегает из гостиничного номера жены босса (Ольга Куриленко), опасаясь возмездия рогоносца, как выдаёт за виновного непричастного к инциденту цыгана... Цыган, кстати, не простой, его определенно подсылает судьба – продать Тоби dvd с его первым студенческим фильмом про Дон Кихота. С другими сюжетами Тоби, похоже, не работает, и сейчас снова творит «Дон Кихота» в горах Ламанчи, только уже для рынка рекламы. Воспоминания отправляют Тоби по памятным местам молодости – и что же он видит? Толстяк, игравший Санчо, умер («он любил выпивку, но выпивка не любила его»), Анхелика, юная муза, поверила в то, что может стать звездой, сбежала в Мадрид, но стала только шлюхой (так, во всяком случае, считает её отец). А Хавьер, который играл Дон Кихота, сошёл с ума и правда стал Дон Кихотом. Встреча Тоби с героем, всерьёз заигравшимся с фантазией, оживляет каскад ситуаций из романа Сервантеса; некоторым из них Гиллиам находит рациональное объяснение (например, кульминация при дворе – это костюмированная вечеринка русского производителя водки Мишкина), некоторым – нет (и тогда всё Драйверу как будто снится; убийственно простое решение).

В финале гадкий Тоби сам преображается в Дон Кихота, и тут, конечно, забываешь про критику, потому что Гиллиам очень заразительно «верует, ибо абсурдно».

Знает, о чем говорит.


Призовой расклад фестиваля – за исключением главной «Пальмы» – критиковать тоже не хочется, он вполне разумен. Вернёмся к нему в быстрой хронике призёров.

Первой наградой вручили «Золотую камеру» за лучший дебют: бельгийскому фильму 27-летнего Лукаса Дхонта «Девочка» (актёр Виктор Польстер, сыгравший заглавную роль – мальчика, меняющего пол, – накануне получил приз секции «Особый взгляд»). Жюри под председательством отличного швейцарского режиссера Урсулы Майер пошло по очевидному пути – смелый фильм на щекотливую тему, не без сильнодействующих эффектов (в финале Виктор-Лаура, напуганный нерешительностью врачей, – мол, организм слабоват, рановато оперироваться – берет ножницы и отрезает гениталии самостоятельно). Но это не тот случай, когда мы можем радостно возопить: режиссёр родился! Дхонт выигрывает за счёт темы, а что он снимет дальше – кто знает; может, станет, как Тоби, фигачить рекламу, может, продолжит разрабатывать благодарную ниву гендерных девиаций.


Вручение премий основного конкурса началось ударно. В каждой номинации компанию одному из членов жюри составляла приглашённая звезда, и вручать приз за женскую роль вместе с Авой ДюВерней вышла Азия Ардженто.

Первое, что своим неповторимым хриплым голосом сказала Азия: «Здесь, в Канне, в 21 год меня изнасиловали».

Имя победительницы прозвучало только после проклятий Харви Вайнштейну и славословий женщинам (слова – словами, а «женской Пальмой» команда Кейт Бланшетт не прославилась). Приз за роль – к моей личной радости – получила казахстанская актриса Самаль Еслямова, звезда «Айки» Сергея Дворцевого. Жестокая хроника скитаний киргизской гастарбайтерши по Москве: Айка сбежала из роддома, бросив нежеланного младенца, она должна денег, занять которые не у кого, а заработать, с просроченной-то регистрацией, невозможно; её лоно кровоточит; Москву заваливают тонны апокалипсического снега. Прочтя такое, подумаете, что речь о беззастенчивой фестивальной конъюнктуре. Нет, не так: невероятно снятый оператором Йолой Дылевской, фильм действует на физиологическом уровне - картинкой, которая окутывает, душит, тешит. И кажется, что для существования в этом тёмном и тесном пространстве только профессионального актерского мастерства недостаточно; работа Еслямовой – подвиг самоотдачи.


Кьяра Мастроянни вышла вместе с Робером Гедигяном и Андреем Звягинцевым вручать приз за сценарий. Его разделили между Аличе Рорвахер («Счастливый Лазарь») и Джафаром Панахи с Надером Сельваром («Три лица»). Я несколько дней нелестно отозвался о «Лазаре» и тут же огреб возмущённый смс от друга-режиссера: «Рорвахер распял! "Грецкий орех"... Да она святая!»

К моменту церемонии раздражение, вызванное фильмом, прошло, а от Рорвахер на сцене и правда исходило сияние – мне теперь за критику неловко.


Приз за сценарий парадоксального роуд-муви Панахи получила его дочь – самому режиссеру выезд из Ирана по-прежнему запрещён (и вряд ли горький и странный фильм «Три лица» расположит власти к его автору).


Абдеррахман Сиссако составил компанию Кристен Стюарт и Дени Вильневу во вручении приза за режиссуру: Павел Павликовский, «Холодная война»; снова очевидное решение.

Отчаянно комикующий Роберто Бениньи вышел вместе с бурундийским музыкантом, царственно неторопливой африканской красавицей Хаджей Нин, наградить актера. И сразу стало ясно, что приз за лучшую мужскую роль достанется итальянцу Марчелло Фонте, идеально вписавшемуся в гротеск Маттео Гарроне «Догмен».

Фонте был похож на чудачка-непрофессионала: маленький, будто с другой планеты прилетевший, к призу боялся притронуться.

Что сказать: прекрасный актёр! Даже выход на сцену обратил в продолжающее тему «Догмена» шоу; на самом деле, Фонте суперпрофи; и даже одна режиссёрская работа – показанный в Локарно «Осёл летит» – есть в его фильмографии.


А дальше Кейт Бланшетт выступила с сенсационным заявлением:

жюри впервые в истории Каннского фестиваля убедило дирекцию вручить Специальную «Золотую Пальмовую ветвь» – конечно, Годару. Забавно, этот приз стал в каком-то смысле и так ожидавшейся всеми «женской Пальмой»: за Годара его получила продюсер Митра Фарахани.

Guest Star Гари Олдман и Леа Сейду вручили приз жюри. Обычно эту награду объявляют первой – как самую незначительную. На этот раз приз жюри «передвинули» ближе к золоту, но автор огненного «Капернаума» (подробнее – здесь) Надин Лабаки выглядела расстроенной: она явно рассчитывала (и не без оснований!) на «Пальму». Впрочем, был и более веский повод для грусти: получать приз Лабаки вышла вместе с маленьким актером Заином Альрафиа, а вот девочку, сыгравшую сестру героя, в Канн привезти не удалось – фильм не смог помочь даже ей, праздничный день она, скорее всего, провела за мойкой гор посуды, в обычных каждодневных хлопотах и обычных каждодневных унижениях.


Вручать Гран-при китайскому актёру Чанг Чену помогал Бенисио Дель Торо, возглавлявший жюри «Особого взгляда» (где победила «Граница» Али Аббаси, социальная сказка про троллей среди нас). Тут победил Спайк Ли с «Черным куклуксклановцем». Принимая награду, он вспомнил фильм Питера Уира «Год опасной жизни» и назвал прошедший год (первый год трамповского президентства!) именно таким.

У Уира, напомню, Мел Гибсон попадал в беременную гражданской войной Индонезию; пожалуй, Ли художественно преувеличивает.

Но без приза он, конечно, уехать не мог.

Ну а о Пальме «Магазинным ворам» вы уже знаете. Завершилась церемония на свежем воздухе – мини-концертом Стинга и Шэгги у входа в зал Люмьер. Так себе выбор исполнителя – актуален Стинг только на корпоративах подмосковных олигархов. Так себе Palm d'Or.