Венецианский
кинофестиваль


Вадим Рутковский
31 August 2016

День 1.
Гослинг играет, Стоун поёт,
Сирия в огне, маньяки в Австралии

73-я венецианская кинобиеннале стартовала красочным мюзиклом про любовь, джаз и Голливуд «Ла ла лэнд», но не всё на фестивале также нарядно.

Лучший, на мой вкус, фильм дня показали в параллельной программе «Дни авторов» (Giornate degli autori), и это триллер «Свора любви» (Hounds of Love) австралийского дебютанта Бена Янга. Впрочем, дебютант он относительный – снимает с 12 лет и набил руку на рекламе и музыкальном видео как дай Бог каждому (а как он использует песни, в частности, Atmosphere Joy Division – отдельная, извините за каламбур, песня). Но прежде коротко о фильмах, которыми открылся старейший европейский фест в 2016-м.


Фильм открытия номер один – он же первый конкурсант – «Ла ла лэнд» Дэмиена Шазеля (чей «Whiplash» в Москве впервые показали на фестивале «Амфест»), мюзикл с Голливудом в качестве места действия, джазом в саундтреке, Райаном Гослингом и Эммой Стоун в главных ролях.


В кадре – четыре времени года, правда, в Лос-Анджелесе, что зима, что лето – одного цвета; 30 градусов в тени (занятно, что «Свора любви» стала вторым за день фильмом, где Рождество отмечают в жару – климат австралийского Перта тоже жаркий). Гослинг – джазовый музыкант Себастиан, без денег и постоянной работы, но с мечтой о собственном клубе, Стоун – официантка Миа с амбициями актрисы и драматурга.

Среди референсов – и голливудские мюзиклы золотого века, и европейская классика – «Шербургские зонтики» Жака Деми.

О «Зонтиках» более всего напоминают печальная музыкальная тема City of Stars (поет Гослинг хуже, чем играет, но так даже и лучше – чертовски трогательно) и настроение «а счастье было так возможно», вообще-то, свойственное не классическому американскому мюзиклу, а стилю ретро.


В фильме миллион располагающих деталей. Взять хотя бы появление Гослинга в ансамбле «диких гитар», имитирующих выступление бойз-бэнда 80-х: парни лабают шедевр a-ha Take on Me: можно прослезиться, и от смеха, и от ностальгии. Парение Себа и Мии в звездном небе – один-в-один полет принца и Маши под «Вальс цветов» из советского мультфильма «Щелкунчик» (что, конечно, случайность, но всё же; да, а цитата Чайковский в прологе «Ла ла лэнд» тоже имеется). Наконец (вот это уж точно абсолютная случайность) беготня Мии по пробам походит на старания Ирины Муравьевой в фильме «Карнавал». Совсем не получить удовольствие от «Ла ла» невозможно никак; жаль только, что всё это качественная имитация уже пройденного; перебор с ностальгией. Вот трейлер:



Неожиданней фильм открытия «Дней авторов». Вообще, эта программа ориентируется на жанровое кино – а тут вдруг док «Шоу войны» (The War Show), микс личного дневника и ликбеза европейской публики в вопросе о событиях в Сирии.

Радиожурналист Обайда Зитун (помощь в создании фильма ей оказал сорежиссер, датчанин Андреас Дальсгор) вспоминает недавнюю историю своей (уже несуществующей) страны и своих (в большинстве, уже уничтоженных режимом Ассада) друзей, разбивая рассказ на семь глав: Революцию сменяют Репрессии, Сопротивление сталкивается с Осадой, Воспоминания ведут к Линиям Фронта. Последняя глава – об Экстремизме, который, по убедительно звучащему мнению Зитун, породила именно преступная власть Ассада.

Самые страшные кадры – те, где Зитун монтирует показанные в начале любительские съемки друзей с мертвыми лицами тех же людей, распластанных во дворах тайных ассадовских тюрем.

Но в эпилоге Зитун совершает чудо – находя надежду в ситуации, где её, кажется, и быть не может.


Не просто так фильм попал в секцию, очень дружелюбно настроенную к зрителю.


Макабр другого рода – в британской чёрной комедии, открывшей еще одну параллельную секцию «Неделя критики». Оригинальное название Prevenge, соединяющее "pregnancy" и "revenge", можно перевести как «Береместь».


Это дебют актрисы Элис Лоу, снятый под очевидным влиянием Бена Уитли, у которого Лоу играла в «Туристах» (кстати, честь открытия Уитли в России принадлежит фестивалю «Бритфест»). Её глубоко беременная героиня мстит за погибшего отца будущего ребенка, составляя собственный список смертников (детали сюжета не разглашаю; а беременность, кстати, не накладная, Лоу снимала и снималась на седьмом месяце).

Лоу заимствует у своего духовного учителя Уитли лучшее – одержимость в намерении идти по темной стороне.

Ну и трудно забыть метафорическое сопоставление двух прямо противоположных разрезов – пуповины и альпинистского тросса; одно ведет к жизни, другое – наоборот; за такой элементарный и гениальный ход можно простить фильму все недочёты дебюта.


Недочётов совсем нет в «Своре любви» – перехожу, наконец, к фильму, который и нервную встряску обеспечил, и формальным совершенством покорил.


В этом году уже было несколько нестандартных работ об отношениях родителей и детей: например, «Славные парни», маскировавшие тему отцов и дочерей под комедийный нуар.

«Свора любви» – это натуральные дочки-матери, но в обёртке жуткого садистского триллера.

А еще (тут уместно вспомнить, что когда-то именно в этой венецианской секции прошла премьера «Груза 200» Алексея Балабанова; вкусы кураторов «Дней авторов» не меняются) – тот редкий фильм, что заставляет взглянуть на происходящее и глазами жертвы (старшеклассницы, оказавшейся не в то время не в том месте), и глазами ее мучителей (супружеской пары, использующей плоть похищенных школьниц для стимуляции собственных чувств).

Моё персональное открытие – Эмма Бут в роли зловещей и влюбленной палачки.

Надеюсь, до России этот ошеломляющий шокер доберется без проволочек, пока же смотрите трейлер: